Татьяна (lady_tiana) wrote,
Татьяна
lady_tiana

Categories:

Написано в 2001 году, но актуальности не потеряло.

Глоссарий :

Assay - Анализ на содержание активного компонента

Purity test (Related substances) - Анализ на содержание примесей

Dissolution - Тест на растворимость (обычно делается параллельно на 6 таблетках, капсулах и т.п.)

Loss on drying - Тест на потерю веса при высушивании.

FDA - Food and Drug Administration (USA) - |главный руководящий и направляющий орган североамериканской фармацевтики.

Итак... В феврале мы с Женей восстановили наш семейно-служебный тандем. Приблизительно о ту же пору начальство затеяло Великий Ремонт. То есть, сначала предполагалось построить нашей конторе новое здание, но потом что-то там не сложилось и направление главного удара сместилось значительно ближе. Исторически наше здание занимали две фирмы: наша и Сосед, которому помимо половины корпуса принадлежал еще здоровенный цех-пристройка. Этот самый Сосед зимой очень удачно обанкротился, продался кому-то еще и с лета должен был перебраться в Альберту.  Господа начальство времени не теряли, быстренько прикупили освобождающиеся площади и начали их переоборудовать.

К моменту моего прихода все планы касательно первой фазы были утверждены. Собственно, заключались они в переоборудовании части первого этажа под раздевалку, кафетерий и ресепшн и создании «из воздуха» (то есть, за счет разделения перекрытиями части цеха) нескольких комнат на втором  этаже.

С первым этажом больших проблем не возникло, если не считать того, что при отделке кафетерия работяги каким-то образом вскрыли старый отстойник, куда лет десять-пятнадцать назад сливались все жидкие отходы химической и микробиологической лабораторий. Как можно догадаться, запахло отнюдь не розами, так что пришлось в срочном порядке вызывать соответствующие службы, которые битых три дня вычищали и дезодорировали эту клоаку. Как можно опять же догадаться, домой в эти дни никого-таки не отпустили. Так что можно считать, что свою газовую атаку под Ипром мы пережили, причем без всяких противогазов.

Кафетерий, кстати, получился очень славный. Особую популярность у народа получил его дальний конец, немедленно прозванный альковом. Для наиболее полноценного отдыха членов коллектива, замученных наукой, в нем установили несколько мягчайших кожаных диванов глубокого зеленого цвета и отделили этот уютный уголок от остального помещения полупрозрачной занавеской нежного персикового цвета.

Для пущего комфорта небольшой закуток между корпусами превратили в симпатичный внутренний дворик, установив совершенно декадентские, наглухо запертые ворота, почему-то навевающие мне одновременно ностальгию по решетке Летнего сада и ассоциации со слесарем-интеллигентом В.М.Полесовым. Этот дворик поначалу прозвали патио, что вызвало нервную реакцию некоторых представителей славного СНГовья в нашей конторе (замечу к слову, что нас таких пятеро). Во всяком случае, фразы типа:

-         Ну ладно, я пошел в патио.

-         В КУДА?!

одно время звучали постоянно, потом народ попривык и чужеземное слово заменил родным и привычным «наружу», т.е. dehors.

-         Ты где сегодня обедал, в кафетерии?

-         Да нет, снаружи.

Больше с нижней частью конторы приключений пока не было, зато второй этаж вот уже много месяцев служит источником разнообразнейших эмоций.

Гладко было на бумаге... Зато когда пришли братья-пролетарии и ударно взялись за работу, сюрпризы посыпались как из дырявого мешка. Первым делом под потолком цеха оказались трубы, несомненно нужные в производственном процессе бывших соседей и абсолютно бесполезные для нас. Вполне логичное стремление срезать их к ... и на ... было в зародыше задавлено господином Президентом фирмы. Работяги запросили за незапланированные работы дополнительные $5000. Подобных трат смета ремонта не предусматривала, так что в приказном порядке было рекомендовано замаскировать зловредные трубы фальш-потолками и выкручиваться как хотим.

Для большинства помещений в этой части здания подобное «усекновение» было, конечно, неприятно, но не фатально. Но не для моей кладовки. Дело в том, что в моем ведении находятся два инкубатора, высота которых составляет примерно 2.20 м. Плюс сверху над ними желательно иметь порядка полуметра свободного пространства для технического обслуживания. Первое беспокойство посетило меня, когда работяги (работавшие, кстати, вполне стахановскими темпами) наметили место для опор потолка. Определенная экспериментальным путем высота помещения составила ровно 2.10 (!!!).

Дальше состоялись следующие диалоги:

Я : Слушай, беда какая-то получается. Инкубаторы не влезут никаким местом.

Вице-президент : Не волнуйся, все будет в порядке. Я в самом начале работ говорил с прорабом, он сказал, чтобы мы не волновались, они все сами сделают как надо. Все влезет.

Я  (днем позже) : Ты уверен, что оно действительно влезет?

Прораб : А мне-то что? Ваш вице сказал, что вы сами все втащите и установите. Так что какую высоту мне заказали, такую я и делаю.

На этом месте я поняла, что понятие РЕМОНТ интернационально и универсально. Национальных особенностей не имеет.

Тут как раз начался период летних отпусков, всевозможные мелкие начальники, отвечавшие каждый за свой маленький участок ремонта, начали исчезать на две-три недели, так что мне ничего иного не оставалось, как взять мои строящиеся комнаты под собственный контроль (раньше между мной и непосредственными исполнителями была еще куча промежуточных начальников, что вполне соответствовало известной поговорке насчет семи нянек).

В окончательном варианте диспозиция выглядела следующим образом. Собственно работяги во главе с прорабом подчиняются только Президенту, поскольку платит он. Будучи вынужденной игнорировать обычную иерархическую цепочку, я начала теребить Президента, чтобы привести свою кладовку в рабочее состояние. В итоге всего через три дня нам удалось добиться, чтобы потолки переделали, выиграв по высоте хотя бы часть комнаты. Более того, учитывая, что инкубаторы были зверски тяжелыми, Президент договорился с Прорабом, что его рабочие перевезут наших «гиппопотамов» на новое место. И тут началось самое интересное.

Во-первых, Прораб вспомнил, что изначально речь шла о шести инкубаторах, которых должны были со временем установить в этом помещении. Розеток в комнате оказалось только две. В экстренном порядке вызвали электрика, установили еще четыре розетки. Как выяснилось впоследствии, этого можно было и не делать . Все равно к щиту их никто никогда так и не подключил и они остались чисто декоративными элементами.

Во-вторых, мы обнаружили в комнате полное отсутствие водных коммуникаций, тогда как в инкубаторах есть еще и испарители (для поддержания внутри определенного уровня влажности), так что необходимы как подвод воды, так и дренаж. Вызвали водопроводчиков, они взломали часть пола, возились неделю, но установили шесть (!!!) водопроводных линий и два дренажа. Замечу в скобках, что и то, и другое было мне нужно в единственном экземпляре, зато с внутренней разводкой.

Потом до кого-то дошло, что каждый гиппопотамчик весит всего-то полтонны (т.е. шесть запланированных потянут на три тонны с гаком, учитывая загрузку) и стоит на четырех ножках, площадью 2 квадратных дюйма каждая. Так что нагрузочка на пол под каждой ножкой превышает запроектированную раза этак в три. А пол всего-навсего цементный... Слава Богу, в последний момент нашлись здоровенные стальные плиты, которые подсунули под инкубаторы и нагрузку «размазали» по большой поверхности.

Саму перевозку инкубаторов я описывать не буду. Не в силах... Достаточно того, что состоялось три подхода к снаряду, причем удачным можно считать только последний, с участием спецгрузчиков-тяжеловозов (или тяжеловесов?). Для проноса техники пришлось выносить часть стены в лаборатории, а потом еще и развинчивать сами агрегаты. В общем, веселья было много...  К слову, описала я всего процентов двадцать из наших ремонтных приключений.

Как нами с Женей уже неоднократно было подмечено, один из наиболее простых путей для внедрения бывших "наших" химиков в канадскую фармацевтическую промышленность - контрактные лаборатории. Они достаточно охотно берут новичков, предоставляют неплохую возможность освоить местный стиль работы, иногда даже получить доступ к не самым худшим приборам... Однако на этом пути есть и свои тернии. А именно - воинствующий непрофессионализм, который встречается, увы, гораздо чаще, чем этого хотелось бы. Испытать на собственной шкурке прелести так называемой "Большой Фармы" мне пока не довелось, так что речь пойдет о фирмах средних, мелких и даже очень мелких.

По роду моих занятий мне приходится, помимо всего прочего, заниматься Stability management. То есть, курировать долгосрочные клиентские проекты по контролю качества лекарств в более или менее экстремальных условиях. Вести досье, вовремя выдавать образцы на анализ, составлять сводные таблицы с результатами и т.п. Примерно год назад в воздухе повеяло новой модой - клиентам, торгующим с Америкой, срочно потребовались тренды (прогнозы поведения лекарств). FDA эти картинки любит, так что наш Самый Главный Клиент в директивной форме потребовал означенные тренды ему предоставлять в следующих ситуациях :

- по окончании каждого проекта;

- при явно выраженной тенденции к распаду, угрожающей досрочным "протуханием" лекарства;

- при приближении Assay к ВЕРХНЕЙ допустимой границе.

Последнее требование повергло меня в легкий ступор, ибо мое воображение не позволяет предположить, при каких обстоятельствах содержимое активного компонента в таблетках может вырасти процентов этак на двадцать. Мы ведь результаты рассчитываем не на грамм вещества, а на штуку (таблетку, капсулу и т.п.). Бог с ними, с жидкостями. У них хоть можно предположить усушку-утруску за счет какого-нибудь испарения... Но сушеные препараты?! Оставалось поверить, что Самый Главный Клиент открыл чудодейственный способ синтеза материи при хранении лекарств. Да в Средние Века алхимики бы удавились, чтобы выпытать его секрет...

Клиент от моих  сомнений отмахнулся - дескать, сама увидишь. От проведения статистически достоверных анализов - тоже. Дорого. Таким образом, задачка мне была выставлена исключительно научная - рисовать графики и просчитывать тенденции, имея в каждый момент времени только одно значение Assay. К тому же, первую картинку клиент желал получить после третьего (в крайнем случае - четвертого) pull point (т.е. анализа) с начала проекта. Примерно с той же степенью достоверности можно было предсказывать степень стабильности того или иного лекарства, например, по форме облаков, проплывавших над нашей конторой в момент начала проекта. Или по контурам очередной лужи, учиненной техниками в коридоре.

К слову сказать, клиент действительно оказался прав. В доброй половине нарисованных мной графиков линейная регрессия благополучно превратилась в прогрессию и стремительно унеслась в заоблачные дали.  Коэффициенты корреляции, правда, тоже были чудо как хороши. 0.3, например, или 0.15, или вообще 0.005. У моего самого любимого графика коэффициент корреляции попросту оказался нулевым. Так что регрессию регрессией язык в принцинпе не поворачивался назвать.

Когда первая серия подобных графиков была готова, я поняла, что отправить клиенту подобный околонаучный бред я смогу только под угрозой расстрела. К счастью, в нашей фирме имелся товарищ, именуемый Scientific Director (подпольная кличка - Усатый). Усатому полагалось вникать во все наши научные сложности и по возможности успешно их решать. На мой взгляд, его способ решения выглядел весьма специфически... Короче говоря, между нами состоялся такой диалог :

- У меня тут графики малость странные получились. Боюсь, клиент нас за подобные тренды по головке не погладит...

- Не е@#$^%^&т.

- То есть как это, не  е@#$^%^&т?

- А вот так. У тебя каждое отдельное значение находится в допустимых пределах?

- Да.

- А метод валидированный?

- Валидированный.

- А ошибка в результатах какая?

- Процентов пять - шесть. А по методике должна быть не больше двух.

- Да какая разница - два, пять... Не двадцать пять же.  Короче говоря, не  е@#$^%^&т, значит, не  е@#$^%^&т. Посылай клиенту все как есть и пусть он сам думает, как эти результаты интерпретировать.

Клиент, как ни странно, полученные результаты "скушал" с удовольствием и потребовал продолжать в том же духе. Между прочим, пост он занимал ни много ни мало Директор QC/QA, и, как и наш Усатый, гордо подписывал свои письма Имярек Такой-то, Ph.D.

Спустя несколько месяцев тот же клиент озадачил меня следующей нетривиальной просьбой. На сей раз ему потребовались тренды не только Assay, но и Related Substances, Dissolution и Loss on Drying. Никакие разумные доводы на него не подействовали, аргумент, что FDA, куда направлялись эти документы, нас всех за подобное шаманство просто засмеет - тоже. Пришлось рисовать. Поскольку в тесте Dissolution в каждый момент времени имелось шесть индивидуальных результатов, полученных на шести единицах лекарства, клиент пожелал, не мудрствуя лукаво, брать среднеарифметическое значение и все тут.

С Related Substances получилось и того лучше. При подобном типе анализов результаты частенько выражаются не в точных цифрах, а в значениях типа меньше (или не больше) такой-то величины. Естественно, подобные относительные значения я в расчет не принимала, а графики строила только по точным значениям, ежели таковые имелись.   Понятное дело, при таком подходе не все моменты времени получали свое отражение на диаграмме. "Знаешь что, - сказал клиент, - Это все неплохо, но я хочу, чтобы ты и остальные значения включила тоже."

- Но ведь это невозможно физически!

- Не важно. Делай, как сказано, а остальное тебя не касается.

Проклиная в душе капиталистические отношения, я в очередной раз перерисовала графики. Несчастный Эксель просто сошел с ума, когда от него потребовалось изобразить тренд по такой мешанине результатов. Относительные значения он предпочел считать отрицательными, так что кривую результатов залихорадило, как температуру тифозного больного. Вопреки всем моим ожиданиям, клиент полученными картинками остался доволен. Его не смутило даже то, что, согласно графикам, половину времени его примеси находились в области отрицательных значений масс (!), а линейная регрессия демонстрировала стремительное самоочищение препарата от примесей по мере старения.

- Вот видишь, все получилось отлично! - резюмировал он, получив по факсу очередную пачку подобной макулатуры. В этот момент я четко осознала, что ради спасения собственной психики работу, пожалуй, стоит поменять. Черт его знает, что дальше потребуется этим заказчикам? А черт действительно не подвел и вскоре на нас рухнул Великий Свечной Проект.

Суть проекта заключалась в том, что Самый Главный Клиент делал на нашей фирме анализ своих свечек от высокой температуры и всяких пищеварительных проблем. С какой-то радости FDA потребовала, чтобы свечи обязательно проверяли на растворимость в водной среде. Какой физиологический процесс это должно было изображать, я не знаю, но тест делать пришлось. До поры до времени дела шли хорошо, потом Клиент сменил сырье и началась свистопляска.

Свечки перестали растворяться. Причем никакой закономерности в их поведении установить было невозможно. Иногда в приборе оставалась нетронутой одна штука, иногда несколько, а иногда растворялись все...

Сначала Клиент никак не мог поверить, что причина не в косоруких лаборантах, а в продукции как таковой. Мы десятками делали повторные тесты, а результат оставался прежним. Тогда настало время Эксперимента. Клиент снабдил нас детальным планом, какие дополнительные возможности мы должны исследовать. Помимо прочего, от нас требовалось изменить состав жидкости для растворения, добавив к ней минеральное масло и жидкое мыло. Температуру процесса также следовало установить на разных приборах с инкрементом в две десятых градуса, чтобы уяснить, что лучше, 37.0 или  37.2, или вообще 37.6, и зафиксировать эту температуру как единственно приемлемую для употребления свечей.

Среди лабораторного народа начались нехорошие смешки на тему, что в инструкции к данному продукту будет сказано "Применять одновременно с мыльной клизмой и сидя на горячей батарее".

А дальше случился апофеоз. Клиент повелел купить цифровую видеокамеру, дабы увековечить процесс нерастворения свечей.  Камера была куплена, установлена в нужном ракурсе, и съемка завертелась. При этом обнаружилась любопытная деталь. Если свечка не попадала под прицел камеры, она себе преспокойненько лежала и не думала растворяться. Но стоило нашему доблестному оператору на эту свечку нацелиться, как она исчезала в считанные секунды.

Добрый Константиныч предложил продавать свечки в комплекте с видеокамерой и рекомендовать пациентам снимать на пленку весь процесс употребления данного препарата.

Tags: Работа
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments